October 29th, 2014

Пастораль

А теперь классика.

«Ты же женщина. У вас под ЭТО еще с каменного века заточены руки и мозги. Наше дело – охота. Ваше – очаг. Поэтому отвалите с вашими дачами, школами и внуками. Вот когда потребуется сделать мужское дело – гвоздь, там, вколотить или унитаз починить, тогда я, само собой, подключусь». Знакомо? Ещё бы!
Любопытно, что злополучный гвоздь, потребность в котором возникает раз в год, так и валяется в ящичке с метизами, унитаз не смывает, а на исконно мужскую обязанность – добычу ресурса, почему-то все просто забили. Зато «шовинисту» хорошо – лежит себе на диванчике, покрикивая на послушных домочадцев, и ждёт, когда же мимо пробежит мамонт.

Вот руки у женщин заточены и вообще, обслуживай, тебе говорят!

У меня почему-то регулярно появляются клиентки с историей, как муж ушел к поклоннице Валяевских  и Торсуновских откровений. Но ненадолго. Хотя вначале у мужиков ощущение сбывшейся мечты. Любой клерк чувствует себя королем. Тапочки в зубах, в рот смотрят.

А что потом случается? Ваши версии? В каком месте происходит облом?

Про женское

Теперь про продолжение вчерашнего "…и не будет ей поддержки от мужних и детных!"

А вот дальше: какая раньше была поддержка от вот таких, "мужних и детных"?

А какая нужна сейчас? Вообще, что это такое - именно женская поддержка? Потрындеть «какой козел!» Или что то другое?
Когда вы ее чувствовали, эту женскую поддержку?

Божественное

СУД ПАРИСА
Войдите в положение Париса:
он выбирает все же из богинь.
У них и стан стройнее кипариса, и воспитанье не в пример другим...
Ну, словом, все богини в лучшем виде.
Парис не хочет никого обидеть, он очень мягкий человек, Парис.
И, пользуясь своей судейской властью, он разрезает яблоко на части и всем троим вручает первый приз.
- Ну, вы видали этого кретина?- вскричала возмущенная Афина.- Он у меня отрезал два куска!
- Нет, у меня!- не менее сердито воскликнула богиня Афродита, на остальных взирая свысока.
А Гера, настоящая мегера, металась, как пантера по вольеру, грозя сослать Париса на галеры, суля ему холеру и чуму.
А он не знал, за что такая участь.
И он стоял, казня себя и мучась и вопрошая небо:
- Почему?!
=============
Автор тот же, любимый с детства.